Своеобразие используемых гомеопатами препаратов во все времена вызывало неоднозначное отношение к данной отрасли врачевания.

Гомеопатическое лечение основано на трёх основных принципах:

Для постановки диагноза (определения патогенеза) необходимо определить, какое вещество (препарат) в токсических дозах вызывает ту же совокупность субъективных жалоб-симптомов. Именно данный препарат в одной из гомеопатических потенций надо применять для лечения болезни, действуя на ее причину, а не следствие.

Готовятся нужные потенции путем последовательного разведения исходного вещества в 10 или 100 раз с энергичным встряхиванием в промежутке между разведениями.

И чем больше мы разводим и встряхиваем, тем сильнее, по мнению гомеопатов, становится лекарство, и более сильное воздействие оказывает на врачуемый недуг, причем воздействие высоких разведений более 30С (100-30 - 10-60) происходит на психическом уровне, и только низкие разведения до 6С (10-6 = 10-12) воздействуют чисто физиологически, средние потенции от 6С до 30С влияют и на психику, и на физиологию. При этом нередко гомеопаты прибегают и к таким "сильнодействующим потенциям", как 200С (10-200 = 10-400) и выше, категорически предупреждая, что применение столь сильнодействующих лекарств можно только по назначению специалиста, и самолечение здесь принципиально недопустимо.

Применение в качестве лечебной субстанции порошков, капель и сладких шариков, не содержащих НИ ОДНОЙ молекулы исходного вещества, послужившего названием данного препарата, вызывает недоумение у любого физически грамотного человека. Ненамного лучше реакция на потенцирование ДУХА ЛЕКАРСТВА и у верующего. Причем призывание или усиление этого самого духа лекарства осуществляется простым разведением и последующим энергичным встряхиванием.

Свойства растворов и химических соединений сегодня изучены достаточно хорошо, и можно вполне однозначно говорить о том, что никакие материальные свойства элементов и соединений не могут передаваться воде, спирту и сладким шарикам в процессе гомеопатического потенцирования.

В гомеопатии - достаточно своеобразное понятие дозировки, поскольку важна только потенция, т.е. ФАКТ ПРИЕМА препарата, а отнюдь не количество шариков. Доза для детей и взрослых часто одинакова, а младенцы получают лекарство с молоком матери, т.е. кормящая грудью мать принимает нужное лекарство в нужной потенции, а ребенок получает подкрепление жизненной силы, всасывая, скажем, тот же потенцированный мышьяк с молоком матери.

Естественно, что при таком разведении ни один гомеопат не сумеет отличить один препарат от другого и высокую потенцию от средней. (Хотя отдельные экстрасенсы берутся за эту задачу…) Факт отсутствия лечащего вещества издревле беспокоит гомеопатов, но, как правило, широко не афишируется, и специфическая логарифмическая шкала потенций способствует тому, что за гомеопатией закрепилось мнение как о безвредном методе лечения микродозами и травами, и мало кто из обычных пациентов отдает себе отчет в том, что это не микро, а ПУСТОТЕРАПИЯ.

Часто приходится слышать, что Ганеман был чистым практиком и никаких мистических теорий не придумывал. Это не совсем так, в 5-ом и в 6-ом изданиях "Органона врачебного искусства" он изрядное внимание уделяет именно духовной сути болезней и гомеопатических лекарств.

"Необходимо, наконец, - писал Ганеман еще в 1808 г., - высказать громко и всенародно, что наше лекарствоведение требует полной перемены с головы до ног. Существует то, чего не должно быть, а необходимейшее совершенно упускается из вида. Зло до того укоренилось и назрело, что против него не поможет робкая уступчивость Иоганна Гусса, здесь нужны весь огонь и настойчивость непоколебимого Мартина Лютера".

Научный вред от гомеопатии сегодня минимален только потому, что никто из настоящих ученых всерьез не относится к возможности ПОТЕНЦИИРОВАНИЯ СИЛЫ ЛЕКАРСТВА путем его разведения и встряхивания. Хотя если какого-нибудь физика привлечь к обоснованию возможности изготовления электронных копий гомеопатических лекарств и оплатить его работу, то настоящий специалист своего дела легко начертит пару формул и объяснит технологию потенцирования препаратов и способ их воздействия на человеческий организм. Заодно он выяснит, из чего состоит душа, а также опишет Рай и Ад как особые состояния бозе-конденсата, а в заключение укажет на необходимость существования Бога как источника энергии, стабилизирующей состояние не только духовных Рая и Ада, но и нашей материальной Земли.

Взаимосвязи психического и физического основатели гомеопатии всегда уделяли достаточно большое внимание. Не обходят стороной этот вопрос и современные продолжатели дела Ганемана. Оставим в стороне явно мистически-оккультные трактовки гомеопатических лекарств как энергоинформационных голограмм и рассуждения о астробиоэнергетических аспектах гомеопатического лечения и не будем рассматривать гомеопатию как астрохимию. Таких подходов к гомеопатии более чем достаточно, и, несмотря на все попытки классических гомеопатов дистанцироваться от такого рода новомодных трактовок метода лечения подобного подобным, следует иметь в виду, что у таких врачей, НЕПРАВИЛЬНО понимающих ФИЛОСОФИЮ ГОМЕОПАТИИ, те же самые лекарства и потенции отлично помогают жаждущим выздоровления пациентам.

Среди гомеопатов у нас в стране достаточно много православных людей, при ряде монастырей есть гомеопатические лечебницы, а во времена Иоанна Кронштадтского в некоторых семинариях читались курсы по практической гомеопатии. Поэтому у взаимоотношений церкви и гомеопатии достаточно длинная и непростая история. Правда, таких крупных благословений, как получили гомеопаты 17 октября 1892 года, уже более века не было.

В тот день, в 4 годовщину чудесного спасения Царя-мученика Николая II и его семьи, в Санкт-Петербурге состоялось освящение гомеопатической аптеки и лечебницы. В тот день Святой Праведный Иоанн Кронштадтский "молился как за Царственный Дом, так и о преуспевании деятелей Общества врачей-гомеопатов".

И очень верна была речь председателя Общества Врачей Гомеопатов Л.К. Бразоль, сказавшего: "…Мы празднуем сегодня вступление в новый период нашей общественной жизни и можем считать самым отрадным для себя и светлым предзнаменованием, что начало этой новой деятельности отныне будет связано с дорогим и священным на Руси именем высокопочитаемого отца Иоанна Кронштадтского… спасибо Вам за Вашу сердечную готовность помолиться вместе с нами и за искреннее Ваше пожелание успеха нашему общеполезному делу. Примите же и от нас наше сердечнейшее пожелание: дай Вам Бог здоровья и силы на многие-многие лета для радости и утешения Ваших почитателей, имя же им легион. За Ваше здоровье, дорогой отец Иоанн!.."

Сегодня, по прошествии более века, можно вполне однозначно сказать, что данный молебен, который совершил "Почетный член Общества Врачей Гомеопатов о. Иоанн Ильич Сергеев (Кронштадтский)", сыграл огромную роль в распространении и процветании гомеопатии в России, и число продолжателей дела Ганемана и Бразоля действительно сегодня - легион… Это событие столь значимо для российской гомеопатии, что даже совершенно атеистически настроенные врачи-гомеопаты указывают на него, говоря, что вот видите, наш метод освящен самой Церковью…

Ситуация действительно непростая, поскольку имена многих святых XIX века вспоминаются гомеопатами в связи с совместимостью гомеопатической доктрины и православия. И данное желание многих врачей-гомеопатов вполне понятно, не находя естественнонаучного обоснования лечебной эффективности и не соглашаясь с мистически-оккультным они хотят получить православно-христианское объяснение того, как их потенцированные препараты помогают людям выздоравливать.

Причем, родившись в христианском мире, гомеопатия во многом похожа на христианство, но эта похожесть скорее напоминает мимикрию, чем истинное родство. Гомеопатия (как и положено любой психотерапии) везде маскировалась под традиционные верования, находясь как бы вне религии и согласуясь с любыми духовными практиками, будь то иудаизм или буддизм.

Сам Ганеман настоятельно рекомендовал своим последователям лечить, а не философствовать, но далеко не всех такой, чисто ремесленнический, подход устраивал, и трудов по философии гомеопатии написано за прошедшие 200 с лишним лет немало. И ни одной православной трактовки действия гомеопатических лекарств мы не нашли - все сплошь магические и кармические...

Похожесть на христианство в гомеопатии носит чисто внешний и даже пародийный характер. Начиная с беседы-исповеди с пациентом и кончая потенцированием духа - освящением лекарства. Сам принцип лечения подобного подобным понимается ими достаточно своеобразно, поскольку никакого токсического воздействия в препарате мышьяка 30С нет, а где же тогда подобие – только в названии. Да и постулат о том, что у любой болезни, т.е. совокупности симптомов, всегда есть соответствующее лекарство - причем жестко одно, то же, не слишком логичен.

У Церкви Христовой немножко другое положение в нашем мире, и научиться чему-то новому у квантовой механики современный богослов навряд ли сможет, но осознать место корпоскулярно-волнового дуализма в сотворенной Богом вселенной он может и обязан. Соответственно вопрос о душевредности гомеопатической практики и нецелесообразности лечения православных христиан у врачей-гомеопатов вполне правомочен, и ответ на него должен быть дан вполне однозначный и обоснованный.

Вопрос о совместимости гомеопатического лечения и православного вероисповедания имеет две стороны:

· Во-первых, может ли православный христианин быть врачом-гомеопатом.

· Во-вторых, можно ли христианину лечиться гомеопатическими лекарствами.

Ответ на первый вопрос однозначно отрицательный, поскольку быть врачом-гомеопатом и не знать о том, что материального лечащего агента нет в подавляющем большинстве потенцированных препаратов, нельзя. Можно не разделять философские воззрения отцов гомеопатии, но не быть их проповедником, леча таким методом больных, невозможно. Врач-гомеопат, хочет он того или не хочет, СЕЕТ МИСТИЧЕСКИ-ОККУЛЬТНЫЙ ВЗГЛЯД на мир и место болезней в жизни человека, и этот грех велик, даже если он и невольный.

Для болящего человека, ничего не знающего о тайнах гомеопатии, вроде нет большого греха в том, что он принимает дар своего выздоровления из рук гомеопатов и посредством неких потенцированных препаратов. Быть обманутым, конечно, неприятно, но если Господь попускает такое выздоровление, то и слава Богу. О том, что гомеопат лукавил, говоря о высокой эффективности именно данной потенции, больной, возможно, никогда и не узнает. Поэтому для лечащегося сей грех, скорее грех неведения и глупости, чем идолослужения и приема в пищу идоложертвенного, чего нельзя сказать о самих гомеопатах, ибо они обязаны ведать, что творят.

С естественнонаучной точки зрения в гомеопатических потенцированных препаратах ничего нет, и лечение у врача-гомеопата - это просто ПСИХОТЕРАПИЯ с достаточно изощренной системой обмана пациента, ПАРАЗИТИРУЮЩАЯ НА АВТОРИТЕТЕ НАУЧНОЙ МЕДИЦИНЫ. И главная забота Минздрава - это чтобы гомеопаты не залечивали больных до смерти. А вот с богословской точки зрения этот тонкий обман болящего вреден не только для телесного, но и для душевного здоровья человека. Поскольку, принимая гомеопатическое лечение, мы невольно соглашаемся с тем, что некие потенцированные духи лекарств гармонизируют нашу жизненную силу. А чисто магический подход к терапии, согласно которому болезнь не может не уйти, если лекарство и его потенция подобраны правильно, ведет скорее к примитивному язычеству, чем к христианству.

Не должно полагать, что в гомеопатических шариках и каплях запечатаны бесы; все гораздо проще, и прием потенцированных препаратов - это просто жертвоприношение одному из богов гомеопатии. Ведь в наркотиках и алкоголе, так же как и табаке самих по себе, нет ничего бесовского, но через употребление сих продуктов очень просто надолго, если не навсегда, угодить в лапы дьявола.

Лукавство гомеопатов проявляется и в употреблении наряду с гомеопатическими и вполне макроскопических доз и разведений. Таким образом, для многих, в том числе и врачей, гомеопатия становится вполне понятной терапевтической процедурой, и то утверждение, что низкие потенции лечат хуже, чем высокие, проскакивает как бы мимо ушей, и на факт отсутствия лечащей субстанции в гомеопатическом препарате уже никто не обращает

Врачи-гомеопаты во все времена отличались большим вниманием и любовью к пациентам и искренне хотели помочь страждущим, и за эту школу доброго отношения к больному медики должны им сказать большое спасибо. Данный подход не чужд и православной традиции врачевания, не отделяющей жестко тело от души и духа человека. Верующий врач молится за своего подопечного, советует ему не забывать о Боге и поменьше грешить, призывает Церковь к себе на помощь во исцеление души и тела болящего человека.

Христиане признают материальные причины конкретных болезней, но первопричину в абсолютном большинстве случаев видят в грехах человеческих. Бывают болезни, попускаемые для испытания святых, бывают и такие, через излечение которых проявляется слава Божия, но большинство страданий телесных нам посылается во исцеление немощей душевных. И когда в Писании говорится, что не должно бегать врачей, и нужно, помолившись, призвать врача для врачевания немощей телесных, то Господь четко различает Церковное врачевание телес и душ от врачебного облегчения телесных страданий.

Если, как утверждают гомеопаты, их лекарства воздействуют не на физиологию, а на психологию, т.е. дух человека, то и не пристало христианину вне церкви искать врачевания своим духовным немощам. И если прием гомеопатических лекарств - это и не употребление в пищу идоложертвенного, то все равно ни к чему хорошему ежедневное напоминание о том, что у каждого лекарства есть его лечебный дух, врачующий наши душевные и телесные невзгоды, не приведет. От Бога нам дан один Ангел Хранитель и один путь Причащения Тела и Крови Христовой, и гомеопатическая проповедь о том, что имя им, лечащим нас духам, - Легион, не может не насторожить православного христианина.

Анатолий Берестов, иеромонах,
доктор медицинских наук, профессор,
руководитель Душепопечительского
центра во имя св. праведного Иоанна Кронштадтского
Владимир Решетов,
(кандидат физико-математических
наук, доцент МИФИ)